Казань, Г. Камала 41, офис 417

Посмотреть на карте

+7 (843) 203-82-26

§ 1. Возбуждение производства по делам об оспаривании ненормативных правовых актов, решений, действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих

Производство по делам об оспаривании решений и действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих открывается стадией возбуждения дела, которая обладает определённой спецификой в отличие от стадии возбуждения дела в порядке искового производства. Данные особенности касаются как правил составления заявления, так и порядка вынесения определения суда о санкционировании производства по делу. Уяснение этих специфических черт во многом может предопределить исход всего процесса по оспариванию решений и действий представителей власти.

Прежде всего, необходимо определить круг лиц, обладающих правом на подачу заявления в порядке публичного производства. В соответствии со статьёй 254 ГПК РФ к таковым относятся граждане и организации, считающие, что соответствующими решениями и действиями (бездействием) представителей публичной власти нарушены их права и свободы. Согласно же ч. 1 ст. 198 АПК РФ заявителями могут выступать граждане, организации и иные лица, считающие, что оспариваемые решения или действия (бездействие) не соответствуют нормативным правовым актам и при этом нарушают их права и законные интересы. При соотношении обозначенных процессуальных норм друг с другом мы наблюдаем, как минимум, три явных несоответствия, на которые стоит обратить внимание при установлении особенностей стадии возбуждения публичного производства.

На наш взгляд, круг заявителей по делам, возникающим из публичных правоотношений, в рамках арбитражного процесса законодательно расширен по сравнению с аналогичной нормой в рамках гражданского судопроизводства. Указание в действующем АПК РФ на категорию «иные лица» позволяет нам прийти к выводу, что оспорить решение и действие (бездействие) представителя власти вправе любое заинтересованное лицо. Кстати, формулировку «заинтересованное лицо» в полном его смысле АПК РФ РФ использует в некоторых нормах, регламентирующих публичное производство[1]. В ГПК РФ мы подобного открытого перечня заявителей, к сожалению, не наблюдаем, хотя смысл, вложенный в словосочетание «граждане и организации», безусловно, необходимо трактовать расширительно, на что указал Пленум Верховного Суда РФ в своём Постановлении №2 от 10 февраля 2009 г. В частности, в п. 12 указанного документа установлено, что заявителями по таким делам могут выступать граждане и должностные лица; в качестве же заявителей-организаций – юридические лица вне зависимости от их организационно-правовой формы и цели деятельности, а также органы государственной власти, органы местного самоуправления, при этом сделана оговорка, что органы власти получают соответствующее право только в случае, если оспаривают обязательные для исполнения ими решения, действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, не связанные с осуществлением заявителями властных полномочий (например, оспаривание органом местного самоуправления отказа регистрирующего органа в государственной регистрации устава муниципального образования или нарушения срока такой регистрации).

Возникает логичный вопрос – насколько корректно придание термину «организация» столь широкого смысла? Возможно ли рассмотрение органа власти как юридического лица?

Традиционно категория «организация» подразумевает исключительно юридических лиц. На это указывают большинство авторов, в том числе непримиримых противников концепции, приравнивающей органы государственной и муниципальной власти к статусу юридических лиц[2]. По мнению последних, органы власти не имеют собственных целей и задач, поскольку выступают в обороте от имени государства и в интересах общества и государства. По меткой мысли Р. Бевзенко, «орган не может быть отделен от того, чью правоспособность он реализует»[3]. Вместе с тем, действующее законодательство зачастую наделяет органы власти статусом юридического лица, что не может не вызывать дополнительных вопросов в правовой доктрине и правоприменительной практике. Например, согласно статье 50 Федерального конституционного закона «Об арбитражных судах в Российской Федерации»[4] арбитражный суд является юридическим лицом. Большинство федеральных органов исполнительной власти обладают статусом юридического лица[5]. Данное указание порождает достаточно серьёзные коллизии на законодательном уровне. В частности, ни гражданским законодательством, ни указанными нормативными правовыми актами не установлена организационно-правовая форма таких органов. Как известно, любое юридическое лицо приобретает свой статус с момента государственной регистрации, в то время как органы публичной власти таковой не проходят. Более того, у государственных и муниципальных органов отсутствуют необходимые учредительные документы, которые позволяли бы им приобрести статус юридического лица: как правило, они создаются на основании специальных положений и не имеют собственного устава.

Указанные аргументы подтверждают нашу позицию о том, что органы государственной и муниципальной власти, в принципе, не являются юридическими лицами. Соответственно, мы предлагаем внести изменения в ч. 1 ст. 254 ГПК РФ, подчеркнув в ней, что правом на обращение по оспариванию решений и действий (бездействия) представителей власти обладают не только граждане и организации, но и органы государственной власти, а также органы местного самоуправления. Вместе с тем, во избежание узкой трактовки подобной нормы, следует воспользоваться примером действующего АПК РФ и дополнить указанную статью ГПК РФ словами «иные заинтересованные лица».

Следует также отметить, что в действующем АПК РФ особо выделено право органов власти и должностных лиц, включая прокуроров, на оспаривание решений и действий представителей власти в рамках публичного производства (ч. 2 ст. 198 АПК РФ). Более того, законодатель указывает, что данные лица наделены таким правом не только в  интересах публичной власти, а, прежде всего, в интересах граждан, организаций и иных лиц. Считаем, что аналогичная норма должна получить закрепление и в действующем ГПК РФ, а именно в статье 254 при установлении круга заявителей в рамках публичного производства.

Другое выявленное нами отличие анализируемых процессуальных законов связано с использованием категорий «права», «свободы» и «законные интересы». В частности, ГПК РФ называет объектом возможного нарушения со стороны представителей власти только права и свободы. АПК РФ, упуская категорию «свободы», указывает лишь на права и законные интересы. Следует отметить, что данные категории на практике зачастую рассматриваются как равнозначные, однако их теоретический смысл вовсе не одинаков. Любопытным кажется и то обстоятельство, что в действующем ГПК РФ термин «законные интересы» всё же используется в нормах, косвенно посвящённых делам публичного производства. В частности, в статье 3 при раскрытии права каждого заинтересованного лица на обращение в суд, в статье 27 при определении подсудности дел Верховному Суду РФ, в ст.ст. 36 и 37 при определении критериев гражданско-процессуальной правоспособности и дееспособности, а также во многих других разделах кодекса.

Для установления юридического смысла указанных категорий обратимся к современным исследованиям, посвящённым данному вопросу.

По мнению М.В. Першина, «субъективное право и законный интерес, как юридические средства, имеют одинаковый состав правомочий»[6]. Н.В. Кляус, напротив, считает ключевым отличием законных интересов от прав то, что интересы не имеют прямого закрепления в законе, выводятся только из его контекста и в силу этого обладают более низкой степенью гарантированности со стороны государства[7]. Более полно разграничение прав и законных интересов проводит В.В. Субочев[8]. В частности, помимо указанных выше, автор выделяет их различные формы и способы реализации, способы правового регулирования и особенно подчёркивает, что праву обычно корреспондируются соответствующие обязанности, в то время как законному интересу лишь незапрещённость и совокупность определённых факторов[9].

Категория «свобода», аналогично законным интересам, законодательного определения не получила. Соответствующая проблема существует и в правовой доктрине, поскольку смысловое значение термина «свобода» так же не в полной мере проработано научным сообществом. В основном, учёные отождествляют её с субъективным правом[10]. Согласно словарям, слово «свобода» означает независимость, отсутствие стеснений и ограничений, связывающих жизнь и деятельность общества и его членов[11]. По мнению Эбзеева Б.С., различие между конституционными правами и свободами заключается в характере притязаний граждан и в характере участия публичной власти в их удовлетворении[12]. А.В. Кротов считает, что «свобода – это возможность субъекта идеального или материального мира своими действиями, не зависящими от воздействия внешних объектов, выраженными в физической или иной форме, влиять на объекты материального и идеального мира, как внутреннего, так и внешнего, любым образом, ограниченная лишь присущими субъекту изначально характеристиками»[13].

На наш взгляд, в узком смысле субъективную свободу можно охарактеризовать как совокупность субъективных прав, закреплённую государством в законодательстве и обеспеченную его принудительной силой. Дело в том, что любая установленная законом свобода предполагает наличие определённых возможностей субъекта действовать тем или иным образом. Содержание свободы составляют несколько возможностей, в то время как содержанием субъективного права является всего одна возможность. Например, право на заработную плату означает конкретную возможность работника на получение вознаграждения за произведённый им труд, напротив, свобода совести предполагает право человека на принадлежность к религии, право свободно выбирать конкретную религию, право быть атеистом, право пропагандировать свои идеи, создавать определённые религиозные сообщества и т.п. То, что возможности, составляющие в целом категорию свободы, не названы напрямую законом, сближает данный термин с категорией «законный интерес». Однако основное их отличие заключается в том, что свободы гарантированы государством и закреплены им в системе действующего законодательства (в том числе процессуального), а законные интересы лишь вытекают из смысла используемых законом дефиниций и условий.

Таким образом, мы пришли к выводу, что необходимо чётко закрепить в ГПК РФ и АПК РФ категории «права», «свободы» и «законные интересы» как объекты потенциального нарушения со стороны органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих. Соответственно, право на обращения в суд в порядке публичного производства должны иметь любые лица, независимо от указания их в законе, если они считают, что оспариваемыми решениями или действиями (бездействием) нарушены их права, свободы или законные интересы либо со стороны представителей власти чинятся препятствия к их осуществлению.

Третье отличие анализируемых процессуальных кодексов связано с тем, что ГПК РФ в качестве объекта возможного нарушения со стороны представителей власти называет лишь права и свободы, в то время как действующий АПК РФ добавляет к этим объектам законы и иные нормативные правовые акты. Исходя из этих положений, мы можем прийти к выводу, что при установлении права конкретного лица на обращение в суд общей юрисдикции достаточно лишь того обстоятельства, что заявитель считает свои права, свободы или законные интересы нарушенными оспариваемыми решениями или действиями (бездействием) представителя власти. Напротив, право на обращение в арбитражный суд по такой категории дел возникает исключительно при наличии одновременно двух условий:

– нарушение права, свободы или законного интереса заявителя;

– нарушение закона или иного нормативного правового акта.

С одной стороны, это объясняется общим требованием АПК РФ к содержанию любого заявления, предъявление которого инициирует процесс по делу. В частности, помимо стандартных реквизитов и ссылок на фактические обстоятельства дела, заявитель должен указать правовую основу заявления, т.е. конкретный нормативный правовой акт, которому не соответствует оспариваемое решение или действие (бездействие) представителя власти. Несоблюдение этого требования, изложенного в п. 4 ч. 1 ст. 199 АПК РФ, влечёт оставление заявления без движения либо его возврат в соответствие со статьёй 129 АПК РФ. На наш взгляд, в данной ситуации указанное требование противоречит как природе публичного производства, так и самому АПК РФ.

Так, в ч. 5 ст. 200 АПК РФ закреплено правило, в соответствии с которым бремя доказывания по делам об оспаривании решений и действий представителей власти возлагается на орган, должностное лицо либо государственного (муниципального) служащего, принявшего соответствующее решение либо совершившего оспариваемое действие (допустившего бездействие). Более того, согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ обязанность по проверке соответствия оспариваемого решения или действия возложена на сам арбитражный суд. Вместе с тем, благодаря требованию, закреплённому в статье 199 АПК РФ, в правоприменительной практике суды зачастую пренебрегают указанными правилами. Например, суд правомерно отказал в удовлетворении заявления о признании незаконным бездействия, выразившегося в невнесении в ЕГРП записи о государственной регистрации ипотеки на автозаправочную станцию, право аренды которой передано в залог истцу, поскольку акционерный коммерческий Сберегательный банк РФ не представил доказательств, подтверждающих нарушение его прав и законных интересов в связи с несовершением регистрационным органом действий по регистрации ипотеки в силу закона[14]. Заявление о признании недействительным ненормативного правового акта оставлено без движения, поскольку заявителем не названо субъективное гражданское или иное право, подлежащее судебной защите и вытекающее из осуществления им предпринимательской деятельности. В тексте заявления отсутствуют необходимые сведения о виде и содержании защищаемого права, нарушенного оспариваемым актом. Заявитель должен уточнить обращается он с заявлением как физическое лицо или как индивидуальный предприниматель[15].

 Следует отметить, что ст. 6 Закона РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» обязывает граждан-заявителей доказать лишь факт нарушения их прав и свобод, но не предусматривает их обязанностей по установлению правовой базы дела.

Указанные требования также могут фактически лишить граждан и организаций права на судебное оспаривание решений и действий представителей власти, если необходимый для установления в деле нормативный правовой акт вовсе отсутствует. Речь идёт о пробелах в действующем законодательстве, которых ежегодно в правовой доктрине и правоприменительной практике выявляется всё больше. Вместе с тем, нарушение права, свободы или законного интереса возможно без формального нарушения действующих нормативных правовых актов, на что указывает и судебная власть[16]. Особенно это касается категории «законных интересов», которые вообще в законах как таковые не закреплены.

Поэтому мы считаем целесообразным изъять из текста ч. 1 ст. 199 АПК РФ п. 4 как противоречащий смыслу частей 4 и 5 ст. 200 АПК РФ и Закону РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан». Тем самым явное неблагоприятное отличие положений о публичном производстве в рамках АПК РФ и действующего ГПК РФ будет снято, а право на судебное оспаривание решений и действий представителей власти не будет подвержено лишним правовым барьерам, на что, в принципе, и направлено существование правового государства. Отметим также, что ст. 46 Конституции Российской Федерации, устанавливая гарантию судебной защиты прав и свобод, не предусматривает наличие никаких правовых барьеров в её реализации.

Таким образом, проанализировав требования, закреплённые абз. 2 ч. 1 ст. 247 и статьей 131 ГПК РФ, а также статьёй 125 АПК РФ, мы с учётом наших научных изысканий пришли к выводу, что в заявлении об оспаривании решения или действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, должностного лица или государственного (муниципального) служащего должны быть отражены следующие элементы:

– наименование суда, в который подается заявление;

– наименование заявителя, его место жительства или, если им является организация, ее место нахождения, а также наименование представителя и его адрес, если заявление подается представителем;

– наименование органа власти, должностного лица или государственного (муниципального) служащего, его место работы или, если оспаривается решение, действие либо бездействие органа власти, его место нахождения;

– какие решения, действия (бездействие), по мнению заявителя, являются незаконными;

– какие права, свободы или законные интересы нарушены (осуществлению каких прав, свобод и законных интересов созданы препятствия), а равно к какому виду ответственности он незаконно привлечён;

– доказательства, подтверждающие факт принятия оспариваемого решения (совершения действия).

Заявление должно быть подписано собственноручно заявителем либо уполномоченным на это его представителем. В заявлении должна быть указана дата его подачи. В качестве приложений к заявлению необходимо предъявить копию заявления, документ, подтверждающий уплату государственной пошлины, доверенность или иной документ, удостоверяющий полномочия представителя заявителя, а также сведения, подтверждающие факт принятия оспариваемых решений, совершение оспариваемых действий или бездействия. Заметим, что в силу невозможности заявителя самостоятельно представить документы, подтверждающие факт принятия оспариваемого решения или совершения соответствующего действия (допущения бездействия), истребование данных документов возможно непосредственно судом, однако, как советует заместитель председателя Верховного Суда РФ П.П. Серков, об этом в заявлении должно быть указано отдельно[17]. Следует отметить, что в рамках арбитражного процесса к заявлению необходимо приложить уведомление о вручении или иные документы, подтверждающие направление другим лицам, участвующим в деле, копий заявления и приложенных к нему документов, которые у других лиц, участвующих в деле, отсутствуют (ст. 126 АПК РФ). Также в рамках арбитражного процесса необходимо подтвердить статус заявителя как индивидуального предпринимателя или юридического лица путём предоставления копии свидетельства о государственной регистрации.

При соблюдении указанных правил суд обязан возбудить производство по делу об оспаривании решений или действий (бездействия) представителя власти, о чём судьёй выносится определение в течение 5 дней со дня поступления заявления (ст. 133 ГПК РФ, ст. 127 АПК РФ). Отметим, что в рамках ГПК РФ отсутствуют иные нормы, связанные с фактом возбуждения дела. Напротив, в АПК РФ, помимо указанных требований, установлены требования к определению судьи о возбуждении дела. В частности, в нём необходимо указать на подготовку дела к судебному разбирательству, действия, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроки для их совершения. После принятия такого определения его копии направляются лицам, участвующим в деле, не позднее следующего дня после дня его вынесения. Считаем целесообразным установить в действующем ГПК РФ подобную обязанность суда по направлению копии определения о возбуждении дела участвующим в производстве лицам, поскольку из содержания его норм подобное действие установить как обязательное на сегодняшний день не представляется возможным.

Вместе с тем, как мы уже указывали выше, при несоблюдении указанных правил судья выносит определение об оставлении заявления без движения и назначает разумный срок для исправления его недостатков. В случае невыполнения или ненадлежащего выполнения требований, содержащихся в таком определении, заявление считается неподанным и возвращается заявителю со всеми приложенными к нему документами.

Исходя из проведённого нами в рамках данного параграфа исследования, мы можем обозначить следующие ключевые выводы по вопросам, возникающим на стадии возбуждения дела об оспаривании решений и действий (бездействия) представителей власти:

  1. Правом на оспаривание решений и действий (бездействия) представителей власти обладают граждане, организации, органы государственной власти и органы местного самоуправления. Вместе с тем, мы предлагаем внести изменения в ч. 1 ст. 254 ГПК РФ, дополнив категорию потенциальных заявителей словами «иные заинтересованные лица»;

  2. Необходимо установить в ГПК РФ и АПК РФ категории «права», «свободы» и «законные интересы» как самостоятельные объекты потенциального нарушения со стороны органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих. Соответственно, правом на обращение в суд в порядке публичного производства обладают любые лица, независимо от указания их в законе, если они считают, что оспариваемыми решениями или действиями (бездействием) нарушены их права, свободы или законные интересы либо со стороны представителей власти чинятся препятствия к их осуществлению;
  3. Мы считаем целесообразным изъять из текста ч. 1 ст. 199 АПК РФ п. 4 как противоречащий смыслу частей 4 и 5 ст. 200 АПК РФ и Закону РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» в части доказывания факта несоответствия оспариваемого решения или действия (бездействия) нормативному правовому акту;
  4. Согласно действующему АПК РФ после принятия определения о возбуждении дела в порядке публичного производства его копии должны направляться лицам, участвующим в деле, не позднее следующего дня после дня его вынесения. Считаем целесообразным установить подобную обязанность суда в ГПК РФ, поскольку из содержания его норм подобное действие установить как обязательное на сегодняшний день не представляется возможным.


[1] Например, в ч. 2 ст. 197 АПК РФ.

[2] См. например Зинченко С., Галов В. Юридическое лицо и правовой статус органов государственного и муниципального управления (вопросы соотношения) // Хозяйство и право. - 2006. - № 11. - С. 116; Бевзенко Р. О соотношении понятий «упразднение государственного органа» и «ликвидация юридического лица» // Корпоративный юрист. – 2008. - № 10. – С. 59.

[3] Бевзенко Р. О соотношении понятий "упразднение государственного органа" и "ликвидация юридического лица". – С. 60.

[4] Федеральный конституционный закон от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. – 1995. - № 18. - ст. 1589.

[5] См. пункт 13 Указ Президента РФ от 11.07.2004 № 865 «Вопросы Министерства иностранных дел Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2004. - № 28. - ст. 2880. Аналогичные нормы имеются в отношении статуса Министерства внутренних дел, Министерства юстиции, Министерства чрезвычайных ситуаций, Министерства культуры, Министерства финансов, федеральных служб и агентств.

[6] Першин М.В. Частноправовой интерес: понятие, правообразование, реализация: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Н. Новгород, 2004. - С. 10.

[7] Н.В. Кляус. Процессуальный законный интерес в гражданском судопроизводстве: критерии, понятие // Арбитражный и гражданский процесс. - 2009. - № 12. - С. 8.

[8] См.: Субочев В.В. Законные интересы / под ред. А.В. Малько. - М.: НОРМА, 2008. - 496 с.

[9] Субочев В.В. Законные интересы. Раздел 2.4.

[10] См.: Правоведение / М.И. Абдулаев, Ю.В. Берладир, М.В. Колганова и др.; под ред. М.И. Абдулаева. - М.: Магистр-Пресс, 2004. – С.185; Орлова О.В. Правовая свобода личности в гражданском обществе // Журнал российского права. – 2007. - № 5. – С. 69; Волосникова Л.М. Академическая свобода как юридический принцип: философско-правовая традиция и модерн // Право и политика. – 2006. - № 6. – С. 31; Занкина Ю.А. Понятие и сущность прав человека // Адвокатская практика. – 2005. - № 1. – С. 83 и др.

[11] См.: Словарь русского языка / Сост. С.И. Ожегов. - М., 1953. - С. 649.

[12] См.: Эбзеев Б.С. Человек, народ, государство в конституционном строе Российской Федерации. - М., 2005. - С. 207 - 208.

[13] Кротов А.В. Свобода информации и право на информацию человека // Адвокатская практика. – 2007. - № 2. – С. 90.

[14] Постановление Федерального Арбитражного Суда Восточно-Сибирского округа от 07.10.2008 № А19-988/08-Ф02-4883/08 по делу № А19-988/08 // Документ официально не опубликован. СПС «Консультант Плюс».

[15] Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.07.2009 № 9155/09 по делу № А05-6319/2007 // Документ официально не опубликован. СПС «Консультант Плюс»

[16] См. Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 21.11.2007 № 14813/07 по делу № А05-659/2007 «Пробел в законодательном урегулировании порядка возмещения расходов, связанных с предоставлением льгот в соответствии с Указом Президента РФ «О мерах по социальной поддержке многодетных семей», не может служить препятствием для разрешения спорных вопросов, если от этого зависит реализация вытекающих из Конституции РФ прав и законных интересов граждан и организаций».

[17] Серков П.П. С жалобой на чиновника // ЭЖ-Юрист. – 2009. - № 11. – С. 8.

Постановлением Федерального Арбитражного Суда Дальневосточного округа от 15.12.2008 № Ф03-5566/2008 по делу № А04-8615/07-22/222 «Правомерно признаны незаконными решение и предписание антимонопольного органа, поскольку им не доказан факт ограничения банком конкуренции на рынке услуг страхования, в частности, создание препятствий к доступу на рынок иных страховщиков, с которыми отсутствует соглашение о сотрудничестве, и возможности обращения клиентов банка за предоставлением услуг к иным страховщикам»

[18] Постановление Федерального Арбитражного Суда Уральского округа от 11.12.2008 № Ф09-9322/08-С1 по делу № А60-4075/08 «Предписание административного органа о прекращении нарушения прав потребителей признано недействительным в связи с его неисполнимостью: не представляется возможным установить, какие именно нарушения прав потребителей следует устранить, оспариваемое предписание не содержит конкретных действий, которые должен совершить нарушитель законодательства о защите прав потребителей».

[19] См: Определения Высшего Арбитражного Суда РФ от 31.08.2010 № ВАС-11197/10 по делу № А75-4757/2009; от 28.07.2010 № ВАС-9351/10 по делу № А32-40998/2009-58/388; от 13.07.2010 № ВАС-8790/10 по делу № А57-19980/2009; от 03.06.2010 № ВАС-6403/10 по делу № А53-4259/2008; от 24.05.2010 № ВАС-5892/10 по делу № ВАС-17598/09; от 16.04.2010 № 3812/10 по делу № А65-27023/2009-СА3-56; от 12.03.2010 № 2727/10 по делу № А19-5536/09-62.

[20] Постановления Федерального Арбитражного Суда Поволжского округа от 08.07.2010 по делу № А65-18938/2009; от 01.07.2010 по делу № А49-6637/2009; от 10.06.2010 по делу № А55-26525/2009; от 04.06.2010 по делу № А12-1876/2010.

[21] Овчинников С.Н. Возможность судебного оспаривания писем федеральных органов исполнительной власти // Государственная власть и местное самоуправление. – 2009. - № 4. – С. 47.

[22] Ноздрачев А.Ф. Таможенное право. - М.: Волтерс Клувер, 2007. - С. 202 – 203; Кривых И.А. Подзаконные нормативные правовые акты как источники налогового права // Законы России: опыт, анализ, практика. - 2007. - № 11; Гудым В.Н. Оспаривание нормативных актов как способ защиты нарушенного права налогоплательщика в арбитражном суде // Налоги и налогообложение. - 2006. - № 6.

[23] Для примера см. Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.11.2006 № 11253/06; от 19.12.2006 № 11723/06; от 16.01.2007 № 12547/06.

24] Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 08.12.2009 № 10164/09; решения Высшего Арбитражного Суда РФ от 06.08.2008 № 7696/08 «О признании недействующим абзаца пятого письма Минфина России от 26.01.2007 № 03-04-07-01/16»; от 24.01.2008 № 16720/07 «О признании недействующими Писем Минфина РФ от 12.03.2007 № 03-11-02/66 и от 08.05.2007 № 03-11-02/124, направленных Письмом ФНС РФ от 21.05.2007 № ММ-6-02/406@»

Не нашли нужную информацию?
Оставьте телефон. Мы перезвоним и проконсультируем Вас бесплатно.
Нажав на кнопку "Записаться", Вы даёте своё согласие на обработку персональных данных в соответствии с Политикой обработки